Фламинго в вороньих перьях

Послушайте, люди Талига,
Бесхитростный этот рассказ:
Поведает старая книга
Веселую сказку для вас.
Старинная эта сказка -
Буквально благая весть
О том, как Фламинго пытался
В семью черных Воронов влезть.
Предок его достославный
Олларам готовил еду
И за достиженья в поварне
Стал графом - вот слава труду!
А старые аристократы,
Не делавшие ничего,
Беднягу "навозником" звали,
А после - потомков его.

Выбиться в Люди Чести
Потомок графа мечтал.
Ну, хоть бы, и в рамках мести -
Тогда б он им всем показал!
Он наплевал на исповедь,
Молитву и строгий пост,
В книгах копался истово,
От пыли чихая до слез.
И в свитке, чья стертая краска
Вещала о древних годах,
Нашел, что в семействе Борраска
Все рыжими были всегда.
И духом воспрянув гордо,
Что он - Повелитель Ветров,
Рассказывать всем придворным
Он до утра был готов.

Иные ему внимали,
Другие исподтишка
Над ним в кулуарах ржали,
Пальцем вертя у виска.
А добрый бергер фок Варзов
Сочувствие проявил:
"Пойди расскажи это Алве,
Коль наберешься сил!"
Решивши, что время настало,
Для храбрости выпив сперва,
Явился он к Алваро Алва
И молвил такие слова:
"Потомок морисских пьяниц,
Развеялся лжи покров:
Узнал я, что ты - самозванец,
А я - Повелитель Ветров!"
И тут только граф заметил,
Что Алваро был не один:
В дверях кардинал его встретил
И юный послушник Квентин.
Ответ на столько наглые речи
Алваро дать не успел,
Как вдруг замерцали свечи
И призраки вышли из стен.
Души всех герцогов Алва
Уселись на пол в кружок,
И кто-то сказал лукаво:
"Ну-ну, продолжай, дружок!"

Зеленый от страха Манрик
Про свиток толкал им речь,
Из призраков кто-то смеялся,
А кто-то хватался за меч.
И вот соберано Рамиро
Веселью подвел итог:
"Шел бы ты, рыжий, с миром.
А проще - на х*й, дружок!"
А соберано Гонсало
Молвил такие слова:
"Шел бы ты, рыжий на х*й.
Но извинись сперва!"
А соберано Алонсо
Рапирой ему пригрозил.
"Шел бы ты на х*й, серьезно!" -
Тогда Диамид заключил.

Олларианская школа -
Суровейшая из школ:
Послали рыжего на х*й -
Собрался он и пошел.
А юный послушник Квентин
Вдруг из угла говорит:
"Весело это, поверьте,
Но слышу я топот копыт.
То эсператист из Агариса
Вердикт Адриана везет.
Пошлем его на х*й - пусть катится
От городских ворот.
Призраки захохотали:
"Да кто б их бояться стал!
Они ж нас давно послали
Примерно в те же места."

А все населенье Олларии
Третие сутки ржет:
Веселыми криками "на х*й!"
Встречает всех рыжих народ.
Придворные тычут пальцем
И сплетни вовсю плодят;
"На х*й, воистину нах*й!"
Манрикам теперь говорят.
Король сказал королеве:
"В мире что-то не так.
Манрики совсем рехнулись -
Видно, попутал их враг!"
Столица смеялась долго
И больше уж не было сил,
И кто-то табличку "на х*й!"
Манрикам на дверь прибил.

Vitae, понятно, brevis,
И сколько-то лет назад
Умер бедняга Манрик,
Стучится в Рассветный Сад...
Но Алан - суровый привратник
Дверь замкнул и сказал:
"Шел бы ты на х*й, Манрик,
Никто здесь тебя не ждал!"
А юный послушник Квентин
Давно уже не юнец.
Он стал кардиналом Сильвестром -
Вот какой молодец!
Теперь он уже не мальчик -
Он седовласый старик.
Алвов он уважает -
Он их беречь привык!
Но чтобы не повторился
Мерзостный рыжий флэшмоб,
Он свиток намазал ядом
И сунул Франциску в гроб.

Изредка горькая память
Овладевает им,
Литрами пьет он шадди,
Неясной тоскою томим.
Бродит по гулким залам,
Плачет о горькой судьбе.
"На х*й, рыжие Алвы!"
Бормочит под нос себе.