Гипнопедия

Второй альбом этой странной белорусской рок-группы вышел более цельным, чем расхваленный всевозможными "Афишами" дебютный диск. Тот при всей своей прорывности выглядел сборником лучших песен и вдохновлял журналистов в первую очередь на поиск хлестких метафор для описания лирического героя: нерв, непонятность, зависание между мирами. Здесь же больше работы над музыкой: она стала спокойнее, из нее исчезла нарочитая спортивность и велосипедная бодрость – этому самому лирическому герою, блуждающему в потемках, не стало яснее, зато стало спокойнее.

Альбом получился сюрреальный, сновидческий, немного абсурдный. Это не окололитературный абсурд фильмов Вуди Аллена, а размытый абсурд из снов: несовпадение действий и событий, места и времени, контекста и ситуации – когда вдруг обнаруживаешь себя абсолютно раздетым посреди улицы или оказываешься в толпе малознакомых людей, пристально ожидающих от тебя вдохновенной речи на пока что неизвестную тему.

Суть "Петли" не поменялась – все те же закольцованные пульсирующие музыкальные фразы, переходящие в драматичные коды, диссонансы, характерная распевно-"скачущая" манера вокала Ильи Черепко, зависающие в воздухе неразрешившиеся аккорды, тени, полутона. И все, как обычно, пульсирует и полно жизни. Разве что воздуха в этом альбоме гораздо больше, и еще тут есть совершенно прекрасные песни: "Жарче, чем солнце", "Диктор", "Эпилептроник".

Диск получился взрослым и меланхоличным: грустно, но нет ни боли, ни крови, только созерцание. Учитывая, что поколение хипстеров обожало невротичность первого альбома, можно предположить, что эту работу вряд ли оценят по достоинству. Тем не менее она лучше и цельнее – и в плане неврозов, если уж нам нужны неврозы, она ближе музыке 1990-х гг., а не новейшей волне пост-панка. Если первый диск можно было сравнивать с модной музыкой вроде Interpol, здесь уместнее вспоминать The Cure – в смысле вдохновенной температурности, эмоциональности и предельной отстраненности от всего. И что самое важное – слушая этот альбом, не хочется размышлять о том, как меняется лирический герой Ильи Черепко, что там у него за тектонические глыбы ворочаются в голове и т.п., – ни к чему культурология, просто хороший альбом. Повезло – нашлось же откуда-то вдохновение в эти смутные дни.

Татьяна Замировская